«Меня привела сюда любовь к Родине, а не угроза войны»: Шант Даниелян

Сирийский армянин Шант Даниелян, впервые приехав на Родину, испытал такое чувство, будто долгие годы жил здесь. Это родство, любовь и преданность Родине в 2013 году привело его на Родину. Со скрипачом Шантом корреспондент «Армяне сегодня» говорил о музыке, будущем Армении и его будущем в Армении.

– Шант, говорят, те, кто живут вдали от Родины, всегда страдают ностальгией, которую словами выразить невозможно. Когда это чувство впервые привело тебя в Армению?

– Еще с детства семья привила мне идею Родины, в которой были безграничная любовь и тоска. Как и другие дети сирийских армян, я вырос силой этой идеи – бороться, быть сплоченными и достичь могучей Армении. Таким образом, впервые приехав на Родину, увидел не незнакомые места – долгие годы я подпитывался ее историей и любовью.

А первый мой приезд в Армению был в 2010 году, по приглашению директора фонда Ф.Нансена Феликса Бахчиняна. Должны были выступать здесь с концертами. Нас приняли очень по-родственному, я же испытывал такое чувство, будто долгие годы жил здесь, мне казалось – все это видел и ничего незнакомого не было. После гастролей возвратился в Алеппо.

 

– То есть приехал в Армению как ее сын-музыкант.  С какого возраста играешь на скрипке и откуда эта любовь к музыке?

– Родился в музыкальной семье. Мама поет, тетушки пианистки, дядя играет на аккордеоне. Однако дед больше всех хотел,  чтобы я играл на скрипке. И однажды вместе отправились в магазин музыкальных инструментов, дедушка купил мне скрипку и повел в музыкальную школу им. Барсега Каначяна. Впоследствии окончил и государственную консерваторию Алеппо. Играл в двух армянских ансамблях. Получается, скрипка неразлучна со мной с пятилетнего возраста.

– Шант, следующий твой приезд в Армению тоже обусловлен концертами. Когда приехал снова, война в Сирии уже началась?

– Война началась в марте 2011 года – люди назвали ее «Арабская весна». Однако это была не весна, а подобие ада. Все было неожиданно, поскольку Сирия была из тех немногих стран, где разные нации мирно сосуществовали. Хочу сказать, что напряженной обстановки между разными нациями и вероисповеданиями никогда не бывало. Каждый сохранял свое, хранили верность нашему языку и идентичности, в то же время уважали и воспринимали других.

Но все обрушилось. 10 февраля 2012 года в Алеппо прогремели два мощных взрыва, от которых появилась первая армянская жертва. Он был моим одноклассником. В этой сложной ситуации вновь получил из Армении приглашение выступить с концертами. 15 дней пребывания на Родине были для меня большим счастьем.

Следующий твой приезд в Армению оказался долгосрочным: до сего дня ты здесь. Долго думал, прежде чем перебраться сюда?

– Отец работал в Объединенных Арабских Эмиратах, поехали с мамой к нему отмечать Новый год. Когда уезжали из Алеппо, даже не представляли, что это последний раз и мы туда больше не вернемся. Впоследствии пути-дороги привели нас в Шаржу, откуда, прожив семь месяцев, приехали в Армению. Это было мое желание, и с уверенностью могу сказать, что в первую очередь меня привела сюда любовь к Родине, а не угроза войны.

– Шант, предполагаю, что музыка по-прежнему осталась частью твоих будней. Расскажи немного – чем занимаешься.

– Да, как и прежде, в сфере музыки. Сотрудничаю с друзьями, с которыми работал в Алеппо. Для музыканта работы здесь много. Мы в основном работаем по заказам. Музыкальный вкус в Армении достаточно высок. И не случайно, что из Европы приезжают сюда получать образование. Армянский джаз  процветает.

Однако помимо музыки занимаюсь также компьютерным оформлением промышленного оборудования. Здесь эта сфера мало развита. Очень хочу встречаться в разных местах с брендом «Сделано в Армении». Когда в Алеппо армянские мастера выставляли свои товары на продажу, место изготовления отмечалось – Сирия. Надо и здесь создать соответствующие условия, чтобы местные производители и из Диаспоры были заинтересованы в создании такой продукции, чтобы она была представлена по всему миру в качестве армянского бренда.

– Шант, ты говорил об армянской музыкальной среде. А какой она была в Алеппо?

– В Алеппо существовал многолетний городской музыкальный фольклор. Он был очень мощный и символизировал высокий вкус, местные же имели развитые музыкальные способности. Во всем этом мы всегда сохраняли армянскую национальную музыку.

– Как местные характеризовали армян?

– Армяне отличались трудолюбием, честностью, и пользовались уважением. Однако, скажем, эмигрировавшие из Айнтапа армяне всегда выделялись своей ловкостью. Мои предки тоже из Айнтапа и силой генетики я тоже унаследовал эту черту. Когда мне удается найти выход из любого безвыходного положения, друзья частенько вспоминают этот факт.

И вообще, армяне Диаспоры более гибкие в плане приспособления   к среде, поскольку всегда имелась проблема приспособления к чужой среде, обучения иностранному языку, и мы всегда ее преодолевали. Ныне, когда слышу выражения «невозможно» или «не могу» – удивляюсь, потому что всегда был уверен, что ничего невозможного не существует.

– Шант, по-твоему, какова сегодняшняя молодежь Армении?

– Молодые трудолюбивы, обладают достаточно большим интеллектуальным потенциалом, но им нужно любить Родину. Я приехал из любви к ней, поскольку знал: если не любить родину, труд мой здесь не будет продуктивным. Молодые должны стремиться больше оставаться здесь. Когда меня спрашивают: еще не уезжаешь, я отвечая – нет, я здесь. Пусть борются за Родину. Недавно побывал на границе и стал очевидцем армяно-азербайджанской перестрелки. Война пока продолжается. Покидать Родину в такой ситуации – не могу объяснить.

– Шант, шагая сегодня по улицам Еревана, ощущаешь дыхание Алеппо?

– Да, в какой-то мере это дыхание есть. Многие сирийские армяне пытаются приспособиться здесь, однако рынок очень мал. Мы должны быть открыты для мира, пытаться перенять также опыт других, копировать лучшее. Когда растение берут из земли и переносят в другие условия, ему нужно время, чтобы приспособиться.

Наши деды десятилетиями боролись в Сирии, чтобы достичь того, что мы унаследовали там. Теперь нужно время, чтобы утвердиться здесь. Когда возвращаюсь в Армению после нескольких месяцев отсутствия, прогресс заметен, но он идет медленно. Нужно начинать с самих себя – стать более законопослушными, но и сами законы должны совершенствоваться.

– Шант, что ты посоветуешь сирийским армянам, обосновавшимся в Армении?

– Пусть не спешат уезжать. Пусть будут уверены, что их дети будут жить лучше них, как в Сирии они жили лучше дедов. Мне хорошо известно о трудностях, но, ценой определенных трудов, возможно достичь хороших результатов и в Армении.

Scroll Up